Новости
Контакты



 Добрыня и Василий Казимирович, Добрыня и Алеша

 Пудожье


Исполнитель:
Логинов Андрей Степанович, 1906 г.р. д. Авдеево, записано в 1938 г.

Добрыня и Василий Казимирович, Добрыня и Алеша



Во cтольноем городе Киеви
Были собраны князя и бояра
Ой везти дани-пошлины
Бонияну Бониянову
За двенадцать лет да с половиною,
Ай везти да тридцать белых лебедей,
Ах везти да тридцать кречетей.
Ой стали избирать да добрых молодцев:
Ой сын Василья Газемероза, Добрынюшку Микитица,
Василья Газемерова, Олешку Долгополого.
«А мы где будем, братья, съезжатися?»
«Будем мы съезжатися
У того дуба Онивина,
У того креста да Леванидова».
Вот приезжают к дубу Онивину,
К тому кресту они да Леванидову,
На ту гору, на Фофор-гору.
Насыпали коням пшены да белояровой,
Ой зоблют кони пшену да белоярову.
Вот поехали братья крестовые
Везти да дани-пошлины
Да за двенадцать лет да с половиною.
Привезли да дани-пошлины
Да за двенадцать лет да с половиною.
Ой приезжают да на широкий двор,
Ой вяжут коней к столбу точеному,
К колечку да золоченому,
Идут во гридню столовую,
Приходят к Бонияну Бониянову во гридню столовую
И челом не бьют.
«Бониян да Бониянов, забирайнко дани-пошлины
За двенадцать лет с половиною».
Ой забрал он дани-пошлины
Ой за двенадцать лет да с половиною.
«Ей не угодно ли сесть сыграть да в шашки шахманные,
В тыи тавлеи золоченые?»
«Ой такие игроки да остались во Киеви,
Но надиемси мы на Добрыню Микитица».
Но вот сили играть да в шашки шахманные,
В тавлеи золоченые.
Начинал он играть в шашки шаосманные.
Вот Бониян Бониянов
Вот проигрыват Бониян Бониянов королевство полное,
Вот Бониян Бониянов
Залагат же королевство полное.
А Добрыня Микитинець проигрыват брата крестового.
Ой первый раз ступил —не доступил,
А другой раз ступил — переступил,
Проиграл же братця крестового.
Но вот начинат он проигрывать
Второго брата крестового.
Ой первый раз ступил — не доступил,
А другой раз ступил — переступил,
Проиграл же второго брата крестового.
Третий раз сыграл,
Стал проигрывать коня брата крестового.
И вот давай четвертый раз проигрывать
Брата крестового коня второго.
«Давай проиграть да свою да буйну голову».
А й первый раз ступил — не доступил,
Второй раз ступил — и в дамочки,
Ой выиграл он брата крестового.
А й первый раз ступил — не доступил,
Второй раз ступил — и в дамочки,
Ой выиграл второго он братца крестового.
Ну давай же ну третий раз
Выигрывать коня доброго брата крестового,
Вот он (выиграл коня да богатырьского.
Давай же выигрывать коня да последнего,
Он выиграл коня да последнего.
Вот Бонияну Бониянову
Неохота упустить да богатырей,
Охота выиграть, да обыграл его Добрынюшка Микитинець,
Выиграл королевьство Бониянское.
«Ей, Добрынюшка Микитинець,
Не угодно ли сходить да на широкой двор
К тому столбу точеному,
К колечку золоченому?»
«Ой таки стрельцы осталиси во Киеви,
Понадиемся мы на Добрыню Микитица».
Вот приходят да на широкий двор,
И ён приказыват да Бониян да Бониянов:
«Несите-ко тугой лук Добрыне Микитицу».
Приносят же тугой лук.
Он лук же повыломал,
Тетивки повыщелкал,
Наиспашь повыкидал.
Тут же скомандовал Б(ониян) да Бониянов:
«Несите ему еще тугой лук».
Вот приносят же тугой лук.
Он лук опять повыломал,
Тетивки повыщелкал.
А й Бониян Бониянов закричал во всю буйну голову:
«Привезти такой невежмщу да тугой лук!»
Подвозят же тугой лук
На сороки подводах сильныих.
Он лук же опять да повыломал,
А тетивки повыщелкал-
Да наиспашь повыкидал.
«Олешка Долгополый,
Иди-ко на широкий двор,
Неси-ко лучоночко дорожное».
Приносит Олешка лучонко дорожное.
Вот он взял лучонко дорожное.
«Ну-ко, стреляй, Бониян да Бониянов».
Как стрелил Бониян Бониянов —
Не то попасть в колечко точеное,
Дак и в щит попасть не мог.
Как стрелил Добрыня же Микитинець
Со своего лучонка дорожного —
Перерубил кольцо да золоченое.
И пошли они.
Висит кольцо да золоченое.
Вот оны свисили кольцо да золоченое, .
Не та половинка и не другая ведь
Не тяжельше ведь и не легче.
«Не угодно, Добрынюшка Микитинец,
Сходить да поборотися?»
Ой ёны выходят боротися да на широкий двор.
Посылат же Добрыня Микитинець
Того да Олешку Долгополого.
Но вот пошел бороться Олешка Долгополой,
Вот стали находить да по двою да по трою,
Он возьмет да их да схлестнет их,
Да уж давно и пару нет.
Ой стали находить же видь десятками.
Закричал же Олешка Долгополой:
«Помогите же, братья крестовые,
Ей Добрыня Микитинець и Василий Газемерович!»
Стояли они да на балхони верхноем.
Вот они, ребята, да опущалися,
Прямо с балхона скакали да верхнаго.
Вот оны стали боротися.
Один же взял осишко тележное,
А Добрыня Микитинець хватил столоб да богатырьокую.
А куды махнут — туды улича,
А перемахнут —переулочек.
Ой закричал Бониян Бониянов
Во всю же буйну голову:
«Уйми-ко, Добрыня Микитинець,
Своих же да братьев крестовыех!
Нунь мы будем платить же вам да дани-пошлины,
Оставьте же мне проклятых татаровей на сймена».
Вот унял Добрыня Микитинець
Ой братьев крестовыех.
Вот он стал Б(ониян) Бониянов
Платить им да дани-пошлины.
Раньше дань привозили им:
Какой Бонияну приезжал да к Бониянову,
Который приезжал —дак и живой не уезжал.
Получил Добрыня дани-пошлинных
И отправил домой да даней-пошлины
Да за двенадцать лет да с половиною.
Ой привозит Василий да Газемерович
Ой за двенадцать лет да даней-пошлины.
Вот у Добрыни да во чистом поли только забавушки —
Играет он в шашки шахманныи,
Ой в тыи тавлеи золоченые.
«Ой любима семья да молода жена!»
Поезжал он да и приказывал:
«А не ходи-ко ты да во замужество
За того Олешку Поповица:
Он же мне да падше брата родного.
Через шесть лет хоть вдовой живи,
А хоть взамуж поди».
Шесть лет она ждала Микитица,
А не приехал через шесть годов.
Стал Олешка подхаживать
И стал ее да подговаривать:
«Добрыня убит да во кувыль-траву лежит.
Добром пойдешь— дак добром возьму,
А добром не идешь — дак силом возьму».
Вот она да пораздумалась:
«Чем мне недобром итти — дак давай добром пойду».
Вдруг прилетает черен ворон,
Он жупит же Добрыню Микитица,
Жупит он по-птичьему,
Говорит по-человичьему:
«Ай живешь ты, Добрынюшка, во чистом поли,
Невзгодушки над собой да не ведаешь:
Ой молода жена да любима семья
Выходит да во замужество
За твого же братца крестового,
Да за Олешку Поповица».
Ой ставал Добрынюшка на резвы ноги,
Он брал же да доску шахманную,
Ой бил ее да о кирпичный пол,
Розлетелась доска да на мелкие дребезды.
Он выходит да во чисто поле,
Ой кричит во всю да буйну голову:
«Эй, Бурушко-Косматушко!
Бежит, дак мать-земля дрожит.
«Ой ты, Бурушко-Косматушко,
Меня сюда да вез да три году,
А отсюль вези да ровно три часу».
Вот садится он на Бурушко-Косматушка.
Ай Бурушко-Косматушко
Широки озера через ног пускал,
Ай широки раздолья перебегивал,
Ай синие моря да перескакивал.
Приезжает он домой да на широкий двор
Ай через двенадцать лет да с половиною.
Он вяжет коня к столбу точеному,
К большому кольцу да золоченому,
Заходит к мамаши во гридню столовую.
«Здравствуй, мамаша Настасья Микулична».
«Ай был бы у меня роженое дитятко
Добрыня Микитинець,
Не дошло бы вам да над старухой надсмехатисе».
Он скорым-скоро да поворот держал.
Ен приходит да на широкий двор,
Ен бьет коня да по тучным ребрам.
«Эй, мой Бурушко-Косматушко,
А издили двенадцать лет да с половиною,
Не видали мы да слова гладкого,
Слова гладкого, обеда сладкого».
Вот тут старушка мамаша сдогадалася.
«У моего-то роженого дитятко
Была родимная знадебка-рубечок».
Вот он волосы да пороскинул он,
Увидала мамаша Настасья Микулицна.
Вот тут оны с сынком да поздоровались,
Вот же тут сынок да у мамашеньки
А стал он спрашивать:
«Эй, мамашенька, да где молода жена да любима семья?»
«Вот сегодня у них было сватовьсво,
Ой завтра уж пированьицо».
«Ну-ко, мамашенька, скочи-ка на глубок погрёб».
Вот скакала старуха да на глубок погрёб.
Вот он сын да ей приказыват
Нести же шапку-мурманку,
И шапку-мурманку во сорок пуд,
Клюху-шевыгу подорожную, и тоже во сорок пуд,
И платье скоморошье, и тоже во сорок пуд,
И гуселышка яровчаты, и тоже во сорок пуд.
Вот старуха все брала да во леву руку
И приносила сыну во левой руки:
Гуселышка яровчаты и платья скоморошины,
И клюху-шевыгу подорожную.
И наделси он да и пошел на пир к брату крестовому,
К Олешки к Поповицу.
Вот и приходит и проситсе:
«Пригласите меня да на почестной пир,
Хоть в гуселыцики и игральщики, и барабанщики».
«Есть у нас без вас гуселыциков, игралыциков
и барабанщиков».
«Но пустите хоть с край печки да на запечки».
«Полезай же на печь да черную».
Вот заиграл же Добрыня Микитинець,
Вот он начал да поигрывать свое происхождение.
Тут же Олешка Попович поздогадался,
Вот сейчас предложили ему:
«А хоть за стол поди,
Садись хоть возли княгины Апраксией».
Вот он садитси да возли княгини Апраксией.
Наливали чару ему да зелена вина,
Эта чара да полтора ведра,
И весом да вытягает полтора пуда.
И брал он чару во леву руку,
И выпиват ее да на единый здох.
Наливают вторую почестную.
«Хоть сам пей, а хоть князю дай,
А хоть княгине Апраксией».
И вот эта чара полтора ведра,
И весом полтора пуда.
И подал он княгине Апраксией.
«Ой пьешь до дна — дак узидашь добра,
А не пьешь до дна — дак не видашь добра».
Спустил он да в цару да перстень, которым обручалися.
Вот она брала во леву руку
И выпивала на единый здох.
Увидала перстень, которым обручалися,
Ой бухнула в ноги Добрыне Микитицу.
«А прости меня да- во большой вины:
У бабы волос долог, а ум короток».
Вот вставал же Добрыня на резвы ноги.
«Не дивую я разуму женскому,
А тому дивую уму мужскому:
От живого мужа жену взял».
Вот он взял же брата крестового Олешку Поповица,
Ой хватил же он да за желты кудри,
Начал он же братьца поваживать Олешку Поповица,
Ой же его тут поваживал,
Плёточкой охаживал.
Вот он стал же Олешка Поповиц,
Убежал он во чисто поле по...ать.
С горя хватил он ножищо-кинжалищо,
Ой поставил он чернем вниз, кверху носом вострыим,
Да тут с горя-досадушки Олешеньки Поповицу
И вот тут ему да и славы поют.
Ну, ушел Добрынюшка с женой домой
И сейчас живет да лучше старого.


Собиратель: Дмитриченко В.Р.
Шифры архивов: НА 2/39
Опубликовано: Русские эпические песни Карелии
/ Подготовила Черняева Н.Г. Петрозаводск, 1981, № 40



Фольклор

Жанр

Район

Название


Внимание! Данные архивные фонды являются собственностью Института языка, литературы и истории Карельского научного центра Российской Академии наук и охраняются действующим законодательством РФ.
Любое их использование в коммерческих целях преследуется по закону. Представленные образцы могут быть использованы исключительно в научных, образовательных и культурологических целях.